03:44 

Angels in America - 1

Sova_Bu
A sight from under the wings
Да, я в курсе: я все делаю не вовремя и с кондачка (странное все-таки выражение, особенно в письменной форме), но у меня это modus operandi. И по-любому все, кто меня знает, уже привыкли.

Где-то в недрах недавней дискуссии то ли про брови, то ли про очки, то ли про общую несомненную симпатичность Зака [J]Olly G. Jolly[/J] бросила гифку из трейлера к спектаклю... и следующие сутки я посвятила лихорадочному копанию в сети.
Что искала? Странный вопрос. Я филолог, и разумеется искала текст. Разумеется, защищенный копирайтом и плохонаходимый. Разумеется, я его нашла (не знаю, долго ли проживет эта ссылка). И проглотила за пару дней.



Строго говоря, мой странный интерес к "Ангелам в Америке" начался значительно раньше - с пары фоток и пары высказываний Зака. Но я быстро затолкала этого джинна обратно в бутылку, как в свое время пыталась затолкать неуемного "Франкенштейна". Что может быть хуже безответной любви? Только грезы о спектакле, который никогда не увидишь )) Слава богу, для "Франкенштейна" все оказалось иначе. Но тут... Победил джинн.

Я читала пьесу, разглядывала фотографии и посекундно щелкала трейлер, пока не привыкла к актерам, ощущению постановки, характерам и идеям. Боже, я не собиралась впускать все это так глубоко, этот странный конгломерат из любовного многоугольника и политической сатиры с памфлетом. Но где-то в самом начале пути, в поисках полного текста, вглядываясь в непонятный диалог Луи и Прайора на десяти открытых мне страничках Гугл-букс, я поняла, что читаю Луи голосом Зака. Слышу, как он мог бы это сыграть. И тихо ненавижу Луи. Наверное, эта неожиданная эмоциональная реакция и решила дело. Я вдохнула поглубже, проигнорировала крылатого ангела на обложке и принялась читать.

И знаете, пьеса доставила мне массу странного и плохо мотивируемого удовольствия. У нее идиотский - во всяком случае, в пересказе - сюжет, ничуть не оригинальная идея и странноватая драматургия. Но Тони Кашнер умеет писать (пулитцеров просто так не раздают )), и где-то на второй-третьей странице его претенциозных диалогов я почувствовала, что все происходящее мне нравится. Нравится подход, нравятся герои и нравится эта самая претенциозность, давно забытый вкус концентрированной театральности, когда идею нужно довести до легкого абсурда, чтобы, будучи прочитана со сцены, она вдруг получила смысл.

На пару дней "Ангелы" ввергли меня в серьезный эмоциональный конфликт. Мне хотелось перечитывать куски диалогов. Жалеть одних героев. От души презирать других. Расплетать разноцветный пучок американских политических проблем - косичку запутанных проводов под напряжением, где сошлись экономика, права негров, гнилая судебная система и патологическая неспособность признавать смертельные недуги. В пьесе, написанной на злобу дня в восмидесятые-девяностые то звенел анахронизм, то проявлялась нездоровая актуальность. Монструозное построение с бредовыми видениями и нисходящими ангелами, пьеса в двух частях, которые называются, простите, "Миллениум приближается" и "Перестройка", и требует двухдневной постановки (она идет около 7 часов) на самом деле сводима к нескольким простым и ясным посылкам. Есть вещи, которые нельзя изменить. Есть вещи, которые нельзя простить. Есть надежда и желание жить. И есть собственно жизнь, какой бы она ни была. Я знаю, почему для Кашнера было важно это написать. Теперь я знаю, что мне, как ни странно, было важно это прочесть...

Если разобраться, во всем происходящем есть определенный странный символизм. Два года назад (осенью 2010) состоялась премьера. Год назад (в октябре 2011) Зак сделал официальный каминг-аут. Мир меняется, как бы ни пытались ангелы его затормозить. И неважно, что он не всегда меняется к лучшему.

Но ближе к делу - то есть, к тексту. Давайте прогуляемся по этому лабиринту с минотаврами, я покажу вам самые любимые закоулки. Ну и самых любимых минотавров, чего уж там... Нам потребуется лишь немного воображения, чтобы из картинок и текста собрать то, чего никто по эту сторону Атлантики не видел... и возможно никогда не увидит. Не такая уж сложная задача, впрочем - написать и поставить пьесу гораздо сложнее ))



Вот вам первый минотавр, мистер Рой Кон, совершенно невымышленный персонаж. Русская Вики расскажет вам, что это американский политик, консервативный юрист, получивший известность в ходе антикоммунистической и антигомосексуальной «охоты на ведьм» сенатора Джозефа Маккарти. В мини-сериале Angels in America, снятом в 2003 году, Кона играл Аль Пачино. А в интересующей нас постановке Signature Theatre - Фрэнк Вуд.

Этот чудный гражданин, в свое время отправивший парочку не очень виновных людей на электрический стул, циничный, агрессивный, параноидальный, тайком умирает от СПИДа, пытаясь убедить весь мир и немножко самого себя, что у него рак печени.

ROY: This disease...
HENRY: Syndrome.
ROY: Whatever. It afflicts mostly homosexuals and drug addicts. So why are you implying that I...
(Pause)
What are you implying, Henry?
HENRY: I don't...
ROY: No, say it. I mean it. Say: "Roy Cohn, you are a homosexual."
(Pause)
And I will proceed, systematically, to destroy your reputation and your practice and your career in New York State, Henry. Which you know I can do.
So say it.
HENRY: Roy Cohn, you are...
You have had sex with men, many many times, Roy, and one of them, or any number of them, has made you very sick. You have AIDS.
ROY: AIDS. Your problem, Henry, is that you are hung up on words, on labels, that you believe they mean what they seem to mean. AIDS. Homosexual. Gay. Lesbian. You think these are names that tell you who someone sleeps with, but they don't tell you that.
HENRY: NO?
ROY: No. Homosexuals are not men who sleep with other men. Homosexuals are men who in fifteen years of trying cannot get a pissant antidiscrimination bill through City Council. Homosexuals are men who know nobody and who nobody knows. Does this sound like me, Henry?
HENRY: No.
ROY: No. I can pick up this phone, punch fifteen numbers, and you know who will be on the other end in under five minutes, Henry?
HENRY: The President.
ROY: Even better, Henry. His wife.
HENRY: I'm impressed.

ROY: I don't want you to be impressed. I want you to understand. This is not sophistry. And this is not hypocrisy. This is reality. I have sex with men. But unlike nearly every other man of whom this is true, I bring the guy I'm screwing to the White House and President Reagan smiles at us and shakes his hand. Because what I am is defined entirely by who I am. Roy Cohn is not a homosexual. Roy Cohn is a heterosexual man, Henry, who fucks around with guys.
HENRY: OK, Roy.
ROY: And what is my diagnosis, Henry?
HENRY: YOU have AIDS, Roy.
ROY: NO, Henry, no. AIDS is what homosexuals have. I have liver cancer.

Пока Рой еще не переместился из своего уютного кабинета в больницу, он пытается уговорить милого юношу Джо Питта переехать в Вашингтон и помочь ему с одним щекотливым делом. Ну и вообще явно хочет сделать его "своим человеком" в определенных кругах. Но у Джо есть проблемы. Две больших проблемы с большой буквы H. Жена Харпер и необоримые гомосексуальные наклонности.

Харпер страдает агорафобией и постоянно глотает валиум. Она эмоционально несбалансирована, у нее бойкая фантазия и иногда ее посещают видения. У нее даже есть воображаемый друг, туристический агент. Который может в мгновение ока отправить ее, скажем, в Антарктику. Впрочем, все это не от хорошей жизни. Харпер - обычная женщина, и ей всего лишь хочется, чтобы ее любили. Но у Джо, как я уже сказала, есть вторая большая проблема. Он изо всех сил закрывает на нее глаза, но по вечерам сбегает из дома, чтобы побродить по городу.



JOE: I'm losing ground here, I go walking, you want to know where I walk, I... go to the park, or up and down 53rd Street, or places where... And I keep swearing I won't go walking again, but I just can't. I try to tighten my heart into a knot, a snarl, I try to learn to live dead, just numb, but then I see someone I want, and it's like a nail, like a hot spike right through my chest, and I know I'm losing. I think I believed when I met you I could save you, you at least if not myself, but...
I don't have any sexual feelings for you, Harper. And I don't think I ever did.

Беда в том, что Харпер... А, бедная глупая Харпер, что она может? Только сочинять себе воображаемую жизнь. И мучительно хотеть настоящей.

HARPER: I don't understand why I'm not dead. When your heart breaks, you should die. But there's still the rest of you. There's your breasts, and your genitals, and they're amazingly stupid, like babies or faithful dogs, they don't get it, they just want him. Want him.

В общем, это, если хотите, история неразделенной любви. Она любит его, а он любит... другого.

HARPER: When we have sex. Why do you keep your eyes closed?
JOE: I don't.
HARPER: You always do. You can say why, I already know the answer.
JOE: Then why do I have to...
HARPER: YOU imagine things. Imagine men.
JOE: Yes.
HARPER: Imagining, just like me, except the only time I wasn't imagining was when I was with you. You, the one part of the real world I wasn't allergic to.



Харпер в спектакле сыграла Зои Казан. А ее мужа Джо, так и не решившего, с кем ему жить и с кем спать, Билл Хек.

Может, они бы так и сосуществовали рядом, но не вместе, однако в другой части вселенной Луи Айронсон расстался с Прайором Уолтером. Да ладно, что там - бросил его. Оставил умирать.



Прайор - это наш главный герой. Сыграл его Кристиан Борл, и он мне... нравится )) Весь спектакль Прайор болен, и все его реплики, реакции, эмоции окрашены страхом и мучениями. Его тоже посещают видения, причем специфичного свойства. К нему приходит ангел, да не просто так, а с конкретной миссией. Несмотря на все это, Прайор - пожалуй, самый адекватный человек в этой пьесе, с самыми нормальными, не-невротическими реакциями. Он не мучается собственной сексуальностью или расовой принадлежностью, не страдает комплексом вины, не борется с остатками давно угробленной совести. Ему больно, одиноко, он хочет жить и просто надеется. Жаль, что ему так не повезло с Луи.

Впервые мы видим их на тихих еврейских похоронах: у Луи умерла бабушка. Прайор и Луи болтают на кладбище.



(Prior removes his jacket, rolls up his sleeve, shows Louis a dark-purple spot on the underside of his arm near the shoulder)
PRIOR: See.
LOUIS: That's just a burst blood vessel.
PRIOR: Not according to the best medical authorities.
LOUIS: What?
(Pause)
Tell me.
PRIOR: K.S., baby. Lesion number one. Lookit. The wine-dark kiss of the angel of death.
LOUIS (Very softly, holding Priors arm): Oh please...
PRIOR: I'm going to die.
LOUIS: Bullshit.
PRIOR: Let go of my arm.
LOUIS: No.
PRIOR: Let go.
LOUIS (Grabbing Prior, embracing him ferociously): No.
PRIOR: I can't find a way to spare you baby. No wall like the wall of hard scientific fact. K.S. Wham. Bang your head on that.
LOUIS : Fuck you. (Letting go) Fuck you fuck you fuck you.
PRIOR: NOW that's what I like to hear. A mature reaction. Louis?
LOUIS: When did you find this?
PRIOR: I couldn't tell you.
LOUIS: Why?
PRIOR: I was scared, Lou.
LOUIS: Of what?
PRIOR: That you'll leave me.
LOUIS: Oh.

(K.S. - саркома Капоши, наиболее достоверный симптом ВИЧ-инфекции).

Луи и Прайор вместе уже четыре с половиной года, видимо поэтому Прайор неплохо знает своего любовника. Там же, на кладбище, Луи чуть позже заводит разговор с раввином.

LOUIS : Rabbi, what does the Holy Writ say about someone who abandons someone he loves at a time of great need?
RABBI ISIDOR CHEMELWITZ: Why would a person do such a thing?
LOUIS: Because he has to.
Maybe because this person's sense of the world, that it will change for the better with struggle, maybe a person who has this neo-Hegelian positivist sense of constant historical progress towards happiness or perfection or something, who feels very powerful because he feels connected to these forces, moving uphill all the time... maybe that person can't, um, incorporate sickness into his sense of how things are supposed to go. Maybe vomit... and sores and disease... really frighten him, maybe... he isn't so good with death.
RABBI ISIDOR CHEMELWITZ: The Holy Scriptures have nothing to say about such a person.




Думаю, про Луи (не стоит уточнять, что его играет Зак, да?) уже многое понятно. Он весь вот такой - он оборачивается в слова вроде neo-Hegelian positivist sense of constant historical progress towards happiness, он знает о своих слабостях, боится их... и все равно поступает как последняя дрянь. Немного помучавшись (so what the fuck is the matter with me?), он действительно уходит, и Прайор остается один.



Один на один со своей болезнью, со страхом смерти... и странными видениями. Но пока Прайор болтает с двумя собственными предками (у него долгая и славная генеалогия) и танцует с ослепительно красивым воображаемым Луи, настоящий Луи ему изменяет.



Вот этот нереальный костюмно-пижамный танец.

PRIOR: Lou.
LOUIS: Dance with me.
PRIOR: I can't, my leg, it hurts at night...
Are you... a ghost, Lou?
LOUIS: No. Just spectral. Lost to myself. Sitting all day on cold park benches. Wishing I could be with you. Dance with me, babe...


Джо и Луи впервые увидели друг друга парой недель раньше в туалете в помещении суда. Луи в слезах (где еще ему плакать из-за Прайора? только на работе), и Джо, в отличие от коллег, которые испуганно сбегали от этого зрелища, решил расспросить его, в чем дело. Кстати, забавный у них вышел диалог.

LOUIS : Three of your colleagues have preceded you to this baleful sight and you're the first one to ask. The others just opened the door, saw me, and fled. I hope they had to pee real bad.
JOE (Handing him a wad of toilet paper): They just didn't want to intrude.
LOUIS: Hah. Reaganite heartless macho asshole lawyers.
JOE: Oh, that's unfair.
LOUIS: What is? Heartless? Macho? Reaganite? Lawyer?
JOE: I voted for Reagan.
LOUIS: YOU did?
JOE: Twice.
LOUIS: Twice? Well, oh boy. A Gay Republican.
JOE: Excuse me?
LOUIS: Nothing.
JOE: I'm not... Forget it.
LOUIS: Republican? Not Republican? Or...
JOE: What?
LOUIS: What?
JOE: Not gay. I'm not gay.
LOUIS: Oh. Sorry.
(Blows his nose loudly) It's just...
JOE: Yes?
LOUIS: Well, sometimes you can tell from the way a person sounds that... I mean you sound like a...
JOE: NO I don't. Like what?
LOUIS: Like a Republican.
(Little pause. Joe knows he's being teased; Louis knows he knows. Joe decides to be a little brave.)
JOE (Making sure no one else is around): Do I? Sound like a?..
LOUIS: What? Like a?.. Republican, or?.. Do I?
JOE: DO you what?
LOUIS: Sound like a?..
JOE: Like a?.. I'm... confused.
LOUIS: Yes.

Но теперь ночь, и они встретились в парке. Вы же помните, Джо любит гулять по ночам.
Это странная сцена. Я отчаянно ненавижу Луи в этот момент (потому что он... ну хорошо, не он... только что танцевал в больнице с несчастным Прайором) и в то же время она написана - красиво.



LOUIS: This is quite a coincidence. Us meeting.
JOE: I followed you. From work. I... followed you here.
(Pause.)
LOUIS: You followed me.
You probably saw me that day in the washroom and thought: there's a sweet guy, sensitive, cries for friends in trouble.
JOE: Yes.
LOUIS: YOU thought maybe I'll cry for you.
JOE: Yes.
LOUIS: Well I fooled you. Crocodile tears. Nothing... (He touches his heart, shrugs)
(Joe reaches tentatively to touch Louis's face.)
LOUIS (Pulling back): What are you doing? Don't do that.
JOE (Withdrawing his hand): Sorry. I'm sorry.
LOUIS: I'm... just not... I think, if you touch me, your hand might fall off or something. Worse things have happened to people who have touched me.
JOE: Please.
Oh, boy..
Can I...
I... want... to touch you. Can I please just touch you... um, here?
(He puts his hand on one side of Louis's face. He holds it there)
I'm going to hell for doing this.
LOUIS: Big deal. You think it could be any worse than New York City?
(He puts his hand on Joe's hand. He takes Joe's hand away from his face, holds it for a moment, then) Come on.
JOE: Where?
LOUIS: Home. With me.
JOE: This makes no sense. I mean I don't know you.
LOUIS: Likewise.
JOE: And what you do know about me you don't like.
LOUIS: The Republican stuff?
JOE: Yeah, well for starters.
LOUIS: I don't not like that. I hate that.
JOE: SO why on earth should we...
(Louis goes to Joe and kisses him.)
LOUIS: Strange bedfellows. I don't know. I never made it with one of the damned before. I would really rather not have to spend tonight alone.
JOE: I'm a pretty terrible person, Louis.
LOUIS: Lou.
JOE: NO, I really really am. I don't think I deserve being loved.
LOUIS: There? See? We already have a lot in common.

Любопытно, что читая это, я переживаю не за Луи, а за Джо, для которого все происходящее - странно, запретно, незнакомо, и которому до головокружения хочется попробовать этот чертов запретный плод. Ах да. I'm going to hell for doing this - это потому что Джо мормон. Занятная деталь.

А потом к Прайору явился ангел.



Ангел - своеобразная ось спектакля. Его появление делит пьесу на две части: «Миллениум» заканчивается его нисхождением, «Перестройка» начинается практически сразу же после. Прайор приходит в себя с ощущением, что он пророк, ему выдали какую-то книгу и снабдили миссией. И не сказать, чтобы ему это нравилось.



Вообще, в «Перестройке» мир ощутимо съезжает с катушек. Герои начинают постоянно пересекаться друг с другом на несуществующих планах бытия, Прайор пытается разобраться со своей пророческой миссией, Рой попадает в больницу, и к нему то и дело является отправленная им на электрический стул Этель Розенберг... Но чего вы хотите - «Перестройка», если верить автору, это комедия. Ну, почти.



И еще мы часто видим Белайза в исполнении Билли Портера. В прошлом трансвестит, а ныне медбрат, темнокожий Белайз (ах да, он еще и в прошлом любовник Прайора) болезненно переживает расистские выпады, поддерживает друга в трудную минуту (распевая с ним церковные гимны по больничному телефону) и отчетливо недолюбливает Луи. Что неудивительно.

Он дежурил в больнице, когда туда привезли Роя.

ROY: I want a white nurse. My constitutional right.
BELIZE: You're in a hospital, you don't have any constitutional rights.

И довольно быстро выяснил, что связи, которыми так кичился Рой, позволили ему обзавестись единственным эффективным на тот момент лекарством - AZT. Белайз - толковый парень со своеобразным чувством юмора и манерой звать своих друзей-геев женскими именами и прозвищами. Не сказать, чтобы он был совсем уж нормален, но иногда мне сложно понять, почему Прайор сменил его на Луи ))



LOUIS: I'm dying.
BELIZE: He's dying. You just wish you were.
Oh cheer up, Louis. Look at that heavy sky out there.
LOUIS: Purple.
BELIZE: Purple? Boy, what kind of a homosexual are you, anyway? That's not purple, Mary, that color up there is (very grand) mauve.


Ах да, Луи. Луи месяц не вылезал из постели с Джо, но не сказать, чтобы это пошло ему на пользу. Зато Джо совершенно влюблен... Как-то поутру Луи рассказал ему свой сон.

LOUIS: I had a freaky nightmare. We were celebrating having spent a month in bed and we'd decided to meet at a restaurant, and it turned out that you were a member of some bizarre religious sect, like a Moonie or a Rajnishi or a Mormon or something, and you hadn't told me, and it was like I didn't know you at all.
Joe?
JOE: I am. I am a Mormon.



Где-то в этот момент Луи предсказуемо испугался.
И чуть позже они вернулись к этому разговору.

LOUIS: OY. A Mormon.
JOE: You never asked.
LOUIS: SO what else haven't you told me?

Собственно, с этого вопроса все и началось.

JOE: I keep expecting divine retribution for this, but. I'm actually happy. Actually.
LOUIS: You're not happy, no one is happy. What am I doing?
With you? With anyone, I should be exterminated but with you: married probably bisexual Mormon Republican closet case. I mean I really like you a lot but...
(Joe puts his hand over Louis's mouth.)
JOE: Shut up, OK?
(Louis nods. Joe takes his hand off Louis's mouth and kisses him, deeply.)

А закончилось заявлением Луи: я хочу увидеться с Прайором.

Джо приходит повидаться с Роем в больнице, а Луи в это же время поджидает Прайора в парке. Это... неприятный разговор. Если раньше я мечтала придушить Луи втихую, то сейчас мне даже не хочется марать об него руки.



LOUIS: Don't waste energy beating up on me, OK? I'm already taking care of that.
PRIOR: Don't see any bruises.
LOUIS: Inside.
PRIOR: YOU are one noble guy. Inside. Don't flatter yourself, Louis.
So. It's your tea party. Talk.
LOUIS: It's good to see you again. I missed you.
PRIOR: Talk.
LOUIS: I want to... try to make up.
PRIOR: Make up.
LOUIS: Yes. But...
PRIOR: Aha. But.
LOUIS: But you don't have to be so hostile. Don't I get any points for trying to arrive at a resolution? Maybe what I did isn't forgivable but...
PRIOR: It isn't.
LOUIS: But. I'm trying to be responsible. Prior. There are limits. Boundaries. And you have to be reasonable.
PRIOR: YOU were saying something about being reasonable.
LOUIS: I've been giving this a lot of thought. Yes I fucked up, that's obvious. But maybe you fucked up too. You never trusted me, you never gave me a chance to find my footing, not really, you were so quick to attack and... I think, maybe just too much of a victim, finally. Passive. Dependent. And what I think is that people do have a choice about how they handle...
PRIOR: YOU want to come back. Why? Atonement? Exoneration?
LOUIS: I didn't say I wanted to come back.
(Pause.)
PRIOR: Oh.
No, you didn't.




LOUIS (Softly, almost pleading): I can't. Move in again, start all over again. I don't think it'd be any different.
(Little pause.)
PRIOR: You're seeing someone else.
LOUIS (Shocked): What? No.
PRIOR: YOU are.
LOUIS: I'M NOT. Well, occasionally a... he's a... just a pickup, how do you...
PRIOR: Threshold of revelation. Now: Ask me how I know he's a Mormon.
(Pause. Louis stares.)
PRIOR: IS he a Mormon?
(Little pause)
Well, goddamn. Ask me how I knew.
LOUIS: How?
PRIOR: Fuck you. I'm a prophet.
(Furious) Reasonable? Limits? Tell it to my lungs, stupid, tell it to my lesions, tell it to the cotton-woolly patches in my eyes!
LOUIS: Prior, I... haven't seen him for days now...
PRIOR: I'm going, I have limits too.
(Prior starts to leave. He has an attack of some sort of respiratory trouble. He sits heavily on the bench. Louis starts to go near him, Prior waves him away. Prior looks at Louis.)

PRIOR: SO. Your new lover...
LOUIS: He's not my...
PRIOR: Tell me where you met him.
LOUIS: In the park. Well, first at work, he...
PRIOR: He's a lawyer or a judge?
LOUIS: Lawyer.
PRIOR: A Gay Mormon Lawyer.
LOUIS: Yes. Republican too.
PRIOR: A Gay Mormon Republican Lawyer. (With contempt) Louis...
LOUIS: But he's sort of, I don't know if the word would be... well, in a way sensitive, and I...
PRIOR: Ah. A sensitive gay Republican.
LOUIS: He's just company. Companionship.
(Pause.)
PRIOR: Companionship. Oh.
You know just when I think he couldn't possibly say anything to make it worse, he does. Companionship. How good. I wouldn't want you to be lonely. There are thousands of gay men in New York City with AIDS and nearly every one of them is being taken care of by... a friend or by... a lover who has stuck by them through things worse than my... So far. Everyone got that, except me. I got you. Why? What's wrong with me?
(Louis is crying)
PRIOR: Louis?
Are you really bruised inside?
LOUIS: I can't have this talk anymore.
PRIOR: Oh the list of things you can't do. So fragile! Answer me: Inside: Bruises?
LOUIS: Yes.
PRIOR: Come back to me when they're visible. I want to see black and blue, Louis, I want to see blood. Because I can't believe you even have blood in your veins till you show it to me. So don't come near me again, unless you've got something to show.

Какая же он все-таки дрянь... О да, я переживаю по поводу Луи не потому, что это Зак. Как говорится, it’s not you, it’s me. В чем-то Луи отвратительно похож на меня. Эта страсть к чистым идеям и высоким словам, эта брезгливость к болезни и смерти...
Как говорил Прайор Ханне, матери Джо: I wanted to warn your son about later, when his hair goes and there's hips and jowls and all that... human stuff, that poor slob there's just gonna wind up miserable, fat, frightened and alone because Louis, he can't handle bodies.

Ага, знакомые симптомы )) И все же... все же. Эта манера мелочно торговаться (может, национальная?): Don't I get any points for trying to arrive at a resolution? Эта попытка откреститься от Джо: he's a... just a pickup. Черт. Отвратительно, верно?

А в больнице, как я уже говорила, Джо встретился с Роем. Разговор тоже не получился мирным. Рой попробовал дать Джо некое отцовское благословение, а Джо попытался рассказать Рою, что встречается с мужчиной.



Невольным свидетелем этой сцены стал Белайз. Так что на следующий день, решив передать что-то Прайору через Белайза, Луи получил легкий шок. Или лучше сказать «последний удар»? Белайз сложил два и два и вывел забавный ответ: Луи спит с Джо, а Джо, похоже, всего лишь подстилка у Роя Кона, Роя Кона, которого все они так ненавидят...

BELIZE: What did you drag me out here for, Louis, I don't have time for you. You walk out on your lover. Days don't pass before you are out on the town with somebody new. But this...
This is a record low: sharing your dank and dirty bed with Roy Cohn's buttboy.
(Pause.)
LOUIS: Come again?
BELIZE: Doesn't that bother you at all?
LOUIS: Roy Cohn? What the fuck are you... I am not sharing my bed with Roy Cohn's...
BELIZE: Your little friend didn't tell you, huh? You and Hoss Cartwright, it's not a verbal kind of thing, you just kick off your boots and hit the hay.
LOUIS: Joe Pitt is not Roy Cohn's... Joe is a very moral man, he's not even that conservative, or... well not that kind of a... I mean how do you know this? That Joe and Roy Cohn are...
BELIZE: I don't know whether Mr. Cohn has penetrated more than his spiritual sphincter. All I'm saying is you better hope there's no GOP germ, Louis, 'cause if there is, you got it.
LOUIS: I don't believe you. Not Roy Cohn. He's like the polestar of human evil, he's like the worst human being who ever lived, he isn't human even, he's... Give me credit for something, please, some little moral shred of, of, of something, OK sure I fucked up, I fucked everything up, I fucked up everything maybe more than anyone in the whole history of everything that's ever been ever fucked up but still I haven't... I haven't lost my mind, I'm not insane, I'm... I'm horribly horribly unhappy, I'm lost, I'm... I hate myself, so totally, so fucking totally and completely but still I wouldn't, I wouldn't go around sleeping with someone who... someone who's Roy Cohn's...
(He stops himself)
BELIZE: Buttboy.
LOUIS (In complete despair, quietly): Oh God. I am so fucking wet and miserable.
BELIZE: Uh huh. Well ain't that pathetic.


Прайор тем временем опять попал в больницу, но благодаря хорошей компании (матери Джо, Ханне) разобрался с собственным странным предназначением.



Когда ангел явился (точнее, явилась) вновь, они подрались, и Прайор потребовал и забрать у него книгу, и избавить от невыполнимой миссии. Ангел временно уволок его на небо, но в целом все прошло мирно. Небо выглядело вот так.



Той же бесконечно долгой ночью в обществе давно покойной Розенберг умер Рой.



И той же ночью Джо, придя к Луи, застал его за чтением.
Разъяренный Луи поднял все судебные решения последних лет, принятые судьей Уильсоном - то есть, на самом деле, написанные Джо. И разумеется, нашел массу интересных вещей: решения, принятые против матерей с больными детьми, или против военнослужащего, которого чуть не лишили военной пенсии за то, что он гей. В последующем горячем споре дело дошло до драки.

LOUIS: Roy Cohn. What I want to know is, did you fuck him?
JOE: Did I what?
LOUIS: How often has the latex-sheathed cock I put in my mouth been previously in the mouth of the most evil, twisted, vicious bastard ever to snort coke at Studio 54, because lips that kissed those lips will never kiss mine.
JOE: Don't worry about that, just get out of the...
(Joe tries to push Louis aside; Louis pushes back, forcefully.)
LOUIS: Did you fuck him, did he pay you to let him...
JOE: MOVE!
LOUIS: YOU lied to me, you love me, well fuck you, you cheap piece of...
(Joe slugs Louis in the stomach, hard. Louis goes to his knees, then starts to stand up again, badly winded.)
LOUIS: He's got AIDS! Did you even know that? Stupid closeted bigots, you probably never figured out that each other was...
JOE: Shut up.
(Joe punches Louis again.)
LOUIS: Fascist hypocrite lying filthy...
(Louis tries to hit Joe, and Joe starts to hit Louis repeatedly. Louis clings to Joe as he punches away.)
LOUIS (Going to the floor): Oh jeeesus, aw jeez, oh...

Ну наконец-то его кто-то побил... О, мне так нравится благородное негодование Луи! Столько эмоций по такому... любопытному поводу: ему подсунули в постель идейного врага, вернее, его возможного любовника (для протокола, если я не донесла эту мысль внятно: любовниками Рой и Джо не были). Stupid closeted bigots, you probably never figured out that each other was... - кричит он в запале, а при этом сам не озаботился выяснить, с кем, собственно, развлекался целый месяц. Ох, Луи...

Пока Прайор общался с ангелами, Белайз вызвал Луи в больницу. Рой мертв, а в его палате лежит огромное количество AZT, лекарства, которое практически невозможно достать. Конечно, AZT нужно забрать, но у Белайза правильные отношения со вселенной, и он попросил Луи прочесть над Роем Кадиш. Поблагодарить, так сказать...

LOUIS: What am I doing here?
BELIZE: Expiation for your sins. I can't take the stuff out myself, I have to tell them he's dead and fill out all the forms, and I don't want them confiscating the medicine. I needed a packmule, so I called you.
LOUIS: Why me? You hate me.
BELIZE: I needed a Jew. You were the first to come to mind.
LOUIS: What do you mean you needed...
BELIZE: We're going to thank him. For the pills.
LOUIS: Thank him?
BELIZE: What do you call the Jewish prayer for the dead?
LOUIS: The Kaddish?
BELIZE: That's the one. Hit it.
LOUIS: I'm not saying any fucking Kaddish for him. The drugs OK, sure, fine, but no fucking way am I praying for him.
BELIZE: Louis, I'd even pray for you.
He was a terrible person. He died a hard death. So maybe... A queen can forgive her vanquished foe. It isn't easy, it doesn't count if it's easy, it's the hardest thing. Forgiveness. Which is maybe where love and justice finally meet. Peace, at least. Isn't that what the Kaddish asks for?

Наутро Прайор вернулся с небес на землю, испросив себе самую малость - благословение. Белайз приволок ему целую сумку AZT. Тут же в больничной палате появился Луи с видимыми следами побоев - ведь Прайор велел ему показать настоящие синяки. Впрочем, это несильно ему помогло.

PRIOR: What are you...
(He sees Louis's cuts and bruises) What happened to you?
LOUIS: Visible scars. You said...
PRIOR: Oh Louis, you're so goddamned literal about everything.

LOUIS: I want to come back to you.
PRIOR: I love you Louis.
LOUIS: Good. I love you.
PRIOR: I really do.
But you can't come back. Not ever.
I'm sorry. But you can't.



Вот он, наш побитый герой. Просто посмотрите на него. Он бросил человека потому, что тот умирал. Сбежал от любовника, потому что тот исповедывал другие идеалы. Вернулся обратно, потому что чувство вины изгрызло его изнутри, а обиженный любовник поколотил снаружи. И... странное дело, но по-моему, он так ничего и не понял.

Что было дальше? Харпер забрала у мужа кредитную карту и улетела на самолете в сказочный город Сан-Франциско. Ханна, вся жизнь которой прошла в Солт-Лейк-Сити, прижилась в Нью-Йорке. Прайор остался в живых. А Луи остался тем же Луи.

И вот она, последняя сцена. Прайор, Луи, Белайз и Ханна, мать Джо, четыре года спустя у фонтана в Централ-парке. Это Бетесда, фонтан с крылатым ангелом. Луи болтает о политике - о России, о Горбачеве, о Берлинской стене...



It's January 1990, тихо говорит Прайор, временно «выключив звук» на беседе друзей. I've been living with AIDS for five years. That's six whole months longer than I lived with Louis.

This angel. She's my favorite angel.
I like them best when they're statuary. They commemorate death but they suggest a world without dying.
They are made of the heaviest things on earth, stone and iron, they weigh tons but they're winged, they are engines and instruments of flight.

The fountain's not flowing now, they turn it off in the winter, ice in the pipes. But in the summer it's a sight to see. I want to be around to see it. I plan to be. I hope to be.




...И на этом мы прощаемся с «Ангелами» и с героями пьесы. Занавес закрывается, в зале зажигают свет.

Это было странное путешествие. Читая и играя эту феерию в голове, я регулярно спотыкалась о фразы типа Well darling he never sucked my cock... (пытаясь представить себе мимику Зака - и одновременно страну, где такое можно говорить со сцены) и тем не менее где-то со второй трети перестала ощущать, что в сущности это пьеса про геев. За общим эмоциональным шквалом это стало не то чтобы неважно - пожалуй, подобная оценка обидна и неверна - но просто перестало отвлекать от других насущных вещей. Во мне словно медленно остывал невероятностный двигатель, пока я не достигла нормальности. Я переживала, хохотала над остроумными репликами, мучалась за Харпер, презирала Луи и в какой-то точке все актуальные для героев проблемы стали для меня проблемами одного порядка. Негры, республиканцы, геи, евреи, мормоны - все чем-то горды, все чего-то стыдятся, для всех это и клеймо, и благословение, и все это Америка, the melting pot where nothing melted.

Пожалуй, это самое важное ощущение, которое я вынесла из «Ангелов». А нюансы - оставим до следующего раза...

Фото Signature Theatre Company, © Joan Marcus
Трейлер Signature Theatre Company.

@темы: фото, театр, видео, Zachary Quinto / Закари Куинто, Angels in America

URL
Комментарии
2012-10-19 в 14:07 

воинственный артишок
На хрен не надо уходить. По хрену погуляй и возвращайся.©
Sova_Bu, насчет проделанной тобой поисковой работы... у меня нет слов, просто нет слов :heart::heart::heart:
:buddy:

2012-10-19 в 14:12 

Sova_Bu
A sight from under the wings
Olly G. Jolly, ты знаешь, у меня, слава богу, не было выбора ))) Я просто понимала, что либо я сейчас все это перекопаю, отыщу, напишу и запощу, либо меня порвет на сотню маленьких совят ;)
Так что я просто пыталась таким способом вывести ЭТО из организма.

А тебе спасибо за гифку ;) Меня полезно провоцировать ))

URL
2012-10-19 в 14:51 

воинственный артишок
На хрен не надо уходить. По хрену погуляй и возвращайся.©
Меня полезно провоцировать ))
Запомню :attr:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Rabbit Hole, Baker Street and Deep Diving

главная